October 4th, 2016

О ценностях и интересах, концептуальном и реальной политике, об ответственности и не только



Посмотрел передачу «Воскресный вечер» В.Соловьёва, хотел бы отметить следующее.
С.Кургинян о ценностях и интересах в реальной политике:
Никто не знает, что такое ценности. Тут было сказано: «Мы не понимаем что такое ценности, но на них ориентируемся». Это гораздо более серьёзная мысль чем то, что противоречиво [в ходе передачи было высказана мысль о том, что «противоречие есть источник развития»]. Что касается противоречий, то они должны быть в реальности, а не в ценностях. А уже ценности отражают реальность — они берут из этого противоречия в реальности нечто.
Поэтому никогда нельзя в реальной политике ориентироваться на такие странные вещи как ценности, общечеловеческие ценности и т.д. Главный урок состоит в том, что есть интересы. И рано или поздно они возвращаются в жизнь. ...
Да, русские всегда будут на идеалы ориентироваться, но идеалы и ценности — это разные вещи.
Штудируя (по завету В.Ленина) логику Гегеля, не раз ловил себя на мысли, что само применение диалектического метода в плоскости ценностей проблематично. В этом смысле не кажется случайной фраза: «Мы не понимаем что такое ценности, но на них ориентируемся», — понять (читай — выразить в понятиях) ценностное вряд ли возможно.
Было сказано о ценностях как отражениях реальных противоречий. Представляется, «интересы возвращаются в жизнь» как отражения ценностей, и они, в свою очередь, порождают новые противоречия в реальности. При этом становится возможным выделить, говоря языком Гегеля, ещё одну пару определений: реальная политика (где «правят бал» интересы) и концептуальная сфера (определяемая ценностями). Они являются нам в качестве противоречивых и одновременно единых моментов в третьем — в нашей действительности.

О роли И.Сталина в судьбе поствоенной Германии (цит. по статье ИА «Регнум»):
Если бы не Сталин, то предложение Запада состояло в том, чтобы расчленить Германию на пять, семь, двенадцать частей. Единственный человек, который сказал: «Гитлеры приходят и уходят, а немецкий народ остается», — был Сталин.
Сталин — единственный человек, который отстоял немецкий народ при том, что он руководил страной, которая несопоставимо со всем остальным миром (кроме евреев и так далее) пострадала от немцев. Единственный, кто за них боролся, за то, чтобы они были, был Сталин. Поэтому любое слово оскорбления [Сталина] со стороны немцев — есть акт вопиющей неблагодарности по отношению к человеку, который сохранил немецкий народ. И вообще, это акт вопиющей неблагодарности по отношению к нам [CCCР] за то, что мы сохранили Германию.
... об ответственности КПСС:
Самое горькое — не то, что мы потеряли геополитически, самое горькое — не то, что мы проиграли. Если мы берем уроки с этих проигрышей, то, в конечном итоге, мы выигрываем: «При каждой неудаче давать умейте сдачи, иначе вам удачи не видать». Самое горькое, что у меня в этот день — это Хоннекер и другие.
Я лично здесь хочу покаяться от лица великой партии, которая к концу выродилась настолько, чтобы начать предавать, за то, что предали людей, которые были верны Советскому Союзу, которые шли с ним до конца и которых мы обязаны были защитить в любом случае. Простите нас, товарищи!
Складывается впечатление, что на подобных передачах на языке ответственности говорит лишь один человек — С.Кургинян.